Новости, мнения, блоги
Горизонтальная Россия
Горизонтальная Россия

«Я защищаю людей от их правительств где это только возможно». Правила жизни правозащитника Андрея Юрова

В день 50-летия Андрея Юрова «7x7» публикует подборку его цитат

Правозащитнику и социальному философу Андрею Юрову 9 апреля исполнилось 50 лет. «7x7» публикует его правила жизни, собранные из интервью и выступлений разных лет.

Я глобальный патриот, который защищает людей от их правительств где это только возможно.

Особенность общественной жизни ΧΧΙ века состоит в регулярном столкновении языков и смысловых полей. Это бой, который концепция Прав Человека формально выиграла (ведь даже диктаторы теперь используют правозащитную риторику), а в реальности — безнадежно проиграла (именно потому, что диктаторы теперь используют «правозащитную» риторику).

Для меня правозащитник — это человек, который выбрал путь изменения мира. Но для этого то, что происходит в этом мире, должно активно не нравиться. Мне, например, не нравится, что происходит сейчас в Сирии, в Стамбуле, в Чечне… Должно быть неравнодушие к тому, что происходит, желание это изменить и вера в то, что это возможно.

Я этнический скиф. И во время переписи написал — скиф. Я себя так ощущаю. Мне интересна тема, кто мы такие и что такое современный этнос. Насколько это кровь и почва, или это социальный выбор и некий антропологический конструкт…

 

 

Объяснить, почему я занимаюсь правами человека, невозможно. Ничего, кроме огромного количества неприятностей, бед и угроз, я с этого не имею. Очень хорошо определил это состояние один псевдопсихолог во время процесса над Pussy Riot: «расстройство личности в виде активной гражданской позиции». Я ничем другим, кроме такого же «расстройства личности», объяснить свой выбор не могу.

Я являюсь противником концепции естественных прав. Права человека противоестественны!

Я наивен и потому не могу молчать о происходящем, хотя и знаю, что нечто действительно конструктивное вряд ли случится. И еще, я настолько наивен, что верю: рано или поздно люди, которым важно соблюдение Прав Человека во всех регионах планеты, — ведь это не «внутреннее», а всеобщее дело, касающееся всего человечества, и льющаяся кровь мусульман, христиан, буддистов, индусов, иудеев, атеистов и всех других — это наша кровь, — смогут объединиться и воплотить идеи международной солидарности в такую систему, которая защищала бы каждого человека на планете от произвола властей и вооруженных формирований. Иначе человечества не станет вовсе.

Пока собрание остается мирным и не нарушает работу важнейших социальных служб (пожарные, скорая медицинская помощь) — власть обязана делать одну-единственную вещь: не препятствовать ему, не «разгонять» его, не задерживать участников, не избивать их — а тихо стоять в стороне и охранять собравшихся от немирных провокаторов и хулиганов. Да, это сложно (вообще сложно не бить людей, если осуществляешь монополию на насилие, а уж тем более — когда люди выходят и «обижают» власть), — но совершенно необходимо, если общепризнанные международные нормы Прав Человека еще не превратились в пустой звук.

Постоянное воззвание к традициям и традиционным ценностям — краеугольный камень правого популизма (заметим в скобках, что зачастую эти «традиционные ценности» никогда таковым не являлись, а придумывались прямо по ходу). Правый популизм стремится объявить вечными и незыблемыми «традиции», выгодные ему в данный конкретный момент. Иногда это доходит до абсурда — например, правый популист в Нидерландах объявляет: для нашей культуры было всегда характерно терпимое отношение к ЛГБТ, а «понаехавшие» исламисты не уважают наших геев.

 

 

Чтобы реализовывать гражданскую политику, гражданские группы обязаны выковать свое, совершенно особое метафизическое «оружие» — ненасильственное, эффективное и, по возможности, веселое, иначе они будут проигрывать «обычной» политике везде и всегда.

27 февраля 2014 года я по случайности оказался в Крыму. И, собственно, на моих глазах происходило то, что происходило. Я, к сожалению, видел немножко другую вещь — не ту, которую показывали здесь по телевидению. Я видел, как моих знакомых, приятелей тащили в подвалы так называемой организованной самообороны и в каком состоянии они оттуда выходили, — только за то, например, что смели возлагать цветы к памятнику Шевченко... Поэтому когда мне мои же родители рассказывают истории про Крым, мне не смешно, мне очень горько.

Права человека — это такое дерьмо, которое мешает государству делать то, что оно хочет. Мешает иметь тюрьмы, как в Чечне, строить стены на границе с Мексикой, не пускать в страну мусульман только по тому признаку, что они мусульмане... Но дело не только в государстве. Все сейчас намного сложнее.

Прогресс — это видеть отдельные лица. Я убежден, что общество развивается там, где защищены единицы. Как говорил Лебон, толпа дворников ведет себя так же, как толпа академиков. Историю творят личности и творческие коллективы, а не толпы и массы. Дома строят организованные команды строителей. Толпа же может только разрушить дом, но не возвести его. Для меня концепция прав человека — в первую очередь, не про права, а именно про человека. Про то, чтобы видеть в каждом, пусть даже неприятном вам, человека, неважно, сидит он на троне или в тюрьме…

Конструкт прав человека связан не только с геополитикой — он, собственно, вообще не про геополитику, он про наши личные связи. Способны ли мы, например, выстраивать горизонтальную солидарность? Садиться и разговаривать, не ожидая, пока правители это сделают. Не сделают. Нам надо повзрослеть, перестать надеяться на царей и героев. Как там, «...мы никогда еще не жили так плохо, как при Обаме»? Вот прекратить жить «при Обаме», начать жить при себе самих.

 

Материалы по теме
Комментарии (3)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.
09 апр 2018 23:02

Усы хороши

10 апр 2018 12:10

Цыганский барон

Генерал Каппель
20 апр 2018 15:47

Раньше его по телевизору часто показывали, а сейчас и не встретишь

Последние новости