Новости, мнения, блоги
Выбрать регион
Республика Карелия

Сколько доходов теряет экономика России из-за недоверия? Доктор экономических наук Юрий Савельев о том, почему мы начинаем бояться друг друга и чем это грозит

Расшифровка лекции на «7×7»

Доктор экономических наук Юрий Савельев выступил 29 июня на баркемпе в Карелии. Он рассказал, как возникает недоверие между людьми, внутри государства и между странами и посчитал, сколько денег Россия тратит из-за страха. «7×7» публикует тезисы его лекции.

Как формируется недоверие. Этапы

1. Стадия сомнения. У человека возникает сомнение в системе, что она его защищает, способствует его развитию.

2. Стадия подозрения. Человек убежден в том, что что-то не так, хотя конкретными фактами доказать это не может. Появляется внутреннее беспокойство, снижается производительность труда, возникает постоянное чувство тревоги. 

3. Стадия беспокойства. На этом этапе возникает постоянное предчувствие, что в системе что-то не так, человек находится в состоянии перманентного стресса. 

4. Стадия страха. Человек понимает, что так дальше жить невозможно и что он должен предпринять определенные шаги, чтобы себя обезопасить. 

5. Стадия самозащиты. Человек переходит к активным действиям, использует альтернативные варианты поведения.

К сожалению, если взглянуть на происходящее в России, мы находимся между четвертой и пятой стадиями недоверия. Высокий уровень теневой экономики, сокрытие доходов — это ответная реакция людей на тот уровень недоверия, который на сегодняшний день в обществе есть. Люди начинают запускать механизмы самозащиты. 

Три уровня недоверия

1. Межгосударственный. Материализуется через закрытие границ, противопоставление нашей страны другим странам, через усиление силового блока, развитие вооруженных сил, увеличение объема бюджетов, которые тратятся на средства обороны, внедрение новых санкций.

2. Внутригосударственный уровень. Это взаимное недоверие между отдельными институтами: властью и бизнесом, бизнесом и населением, властью и населением. Оно выражается в усилении фискальной системы, правоохранительных органов, контрольно-надзорной деятельности, внедрении различных жестких стандартов, мягких ограничений, прямых запретов. 

3. Уровень индивидуального недоверия. Когда на первых двух уровнях год за годом формируют систему взаимного недоверия, оно возникает и в межличностном пространстве. Появляется агрессия, безразличие друг к другу, снижение уровня благотворительности. Если сравнить уровень благотворительности, в России он составляет 0,075%, в США — 2,5%, в странах Европейского союза — больше 3%. 

 

Во сколько нам обходятся силовики?

— На 2019–2021 годы общий объем финансирования оборонного блока составляет 6,5 триллиона рублей. Это 30% всех бюджетных расходов, о которой мы знаем из открытых источников. Доля на оборону и безопасность в валовом внутреннем продукте составляет 4%. В США это 3%, в Китае — 1,9%, в Индии — 2,4%, в Германии — 1,2%. 

Из 6,5 триллиона руб. идет на вооружение 5 триллионов. Это деньги, которые фактически выведены из экономического оборота. Если вложить их в производство оборудования, станков, то они будут генерировать дополнительную прибавочную стоимость. За 5–6 лет они принесут примерно в 10–12 раз больше, чем первоначально стоили. 

Сегодня в вооруженных силах России занято 1,9 миллиона человек, в силовых ведомствах — 2,6 миллиона. Всего получается 4,5 миллиона человек — это более 7% занятого экономически активного населения. При том, что за последние 5 лет оно сократилось на 5 миллионов человек, а численность представителей силовых структур выросла в 2 раза. По сути, на 100 тысяч жителей приходится 970 силовиков, а с учетом вооруженных сил — примерно 1500. 

Все это — непроизводительные рабочие места. Это люди, которые ничего не производят, не оказывают социальные услуги, не готовят кадры, хотя находятся на пике трудоспособного возраста. С экономической точки зрения они рассматриваются как потребители бюджетных средств. Соответственно, трудовой потенциал России недосчитывается этого количества трудовых ресурсов. Здесь вина не конкретных людей, так сложилась система.

Объем сверхнормативных затрат на вооруженные силы сегодня оценивается в 30% от того объема, что страна может тратить, чтобы обеспечить паритетные возможности с вероятными противниками. Если эти 30% средств, или порядка 2 триллионов рублей, потратить на развитие экономики, то в течение 5 лет страна получит порядка 22 триллиона рублей чистого дохода. Средняя налоговая нагрузка должна при этом оставаться на том же уровне, что и сейчас, — 26%. Тогда Россия дополнительно получит налогов порядка 5,7 триллиона рублей за 5 лет, или 1,2 триллиона рублей в год.

В прошлом году был подписан закон об увеличении налога на добавленную стоимость с 18 до 20%. Со следующего года введут налог на самозанятых. С новым НДС Минфин планирует, что они будут дополнительно собирать 620 млрд руб., через налог на самозанятых — еще 600 млрд. Ту же сумму можно было бы компенсировать за счет части финансирования, которое идет на силовые структуры, на оборону, если перевести ее на национальную экономику. Никакого повышения налогов в этом случае не нужно будет.

Рентная экономика

— Вы никогда не задумывались, почему номинальные доходы россиян и реальные доходы отличаются? Номинальные доходы — это то, что вы получаете (зарплата, рента, процент со средств на ваших депозитах и т.д.). А реальный доход — это покупательская способность ваших доходов. На сегодняшний день они отличаются в разы. Возникает такое, потому что государство устанавливает правила игры в экономике, принимая разные законодательные нормы. При этом нормы постоянно меняются. 

Изменения в законодательной и налоговой базе несут дополнительные риски для бизнеса, в том числе со стороны контрольно-надзорных органов. Соответственно, бизнес должен их просчитывать, как-то компенсировать. Все эти компенсации учитываются при формировании цен, тарифов. И предприниматель дает дополнительную наценку, вкладывая ее в договор с контрагентами и в цены на свои товары. Все это нарастает по цепочке. Если проследить ее полностью, в конечном результате заложена наценка в несколько сотен процентов. Это и есть рентная экономика, когда каждый бизнес вынужден перекладывать риски друг на друга, а расплачивается за это конечный потребитель. 

Такой результат недоверия в экономике, в обществе — один из факторов инфляции, который не зависит от макроэкономических действий Центробанка. 

 

Финансовый суррогат

— Еще один аспект — возникновение так называемого суррогата финансовых институтов. Я имею в виду микрофинансовые организации, которые сейчас процветают в России. В стране нет цивилизованного финансового рынка, он похож на средневековый, феодальный, ростовщический. 

Если посмотреть в корень, становится понятно, откуда растут корни МФО. На сегодня больше 30% рынка МФО приходится на 5 крупнейших банков (ВТБ, Ренессанс Групп, Уралсиб и другие). Частая схема, когда заемщик приходит в банк, в кредите под 15–20% ему отказывают и отправляют в микрофинансовую организацию, где оформляют ставку в 500%. 

Предпринимателю тоже не так просто приобрести кредит в банке. Ему дают ставку 12–15%. Можно ее снизить до 8,5% с условием участия в программе государственного софинансирования, но тогда банк потребует залоговое имущество. Оценщик, как правило, оценивает его в 30–40% от реальной рыночной стоимости. Далее банк смотрит, как вы будете этот кредит отдавать. Если ваша ежемесячная текущая выручка меньше месячного платежа, возникают дополнительные требования: поручители, дополнительный залог, страховка. И реальная стоимость кредита с учетом этого вырастает до нескольких десятков процентов. Это тоже результат недоверия. 

А как насчет государственных фондов, которые могут дать льготный займ? Получить его очень сложно. Это полтора-два года переписки, огромные административные барьеры, бюрократия. И в случае положительного решения фонд потребует предоставить безотзывную банковскую гарантию. Банк за нее попросит от 5 до 7% годовых, а возврат нужно гарантировать, например, имуществом под залог. И снова по кругу. 

Банкротство как узаконенное рейдерство

— В ФЗ №127 прописаны структура и этапы банкротства предприятий, но очень часто этими процедурами пренебрегают. Назначенный конкурсный управляющий обычно стремится быстро всем показать, что ситуация на предприятии соответствует всем признакам банкротства и нужно как можно быстрее его закрыть, ликвидировать, распродать активы. Прежде всего он руководствуется заработком. 

По правилам, сначала вводится внешнее наблюдение, анализируется ситуация и организация переходит на стадию финансового оздоровления. Если не помогло, вводят внешнее управление, а после конкурсное производство, которое ведет к ликвидации предприятия и реализации активов. Но чаще всего внешний управляющий сразу принимает решение переходить на последние стадии, хотя есть все шансы на выхода организации из кризиса в течение года-двух. 

Вот весь ужас системы недоверия, когда мы из системы финансового оздоровления делаем очередную кормушку системы, которая съедает сама себя. 

Итого. Какова цена недоверия?

  • Размер сверхнормативных затрат на содержание вооруженных и силовых структур, контрольно-надзорных органов оценивается примерно в 1,2–1,3 трлн руб. в год.

  • Упущенные доходы от ухода денег из реального сектора экономики на содержание силового блока — 4,5–5 трлн руб. в год.

  • Размер теневой экономики, как ответной реакции людей, которые вынуждены уводить деньги из-под контроля статистики и налогов, — 20–27 трлн руб. в год по разным оценкам.

  • Вывод капитала из страны — 4,3 трлн руб. в год.

Таким образом, общая стоимость недоверия в стране составляет 38 трлн руб.

Сравните ее с объемом годового государственного бюджета России — 18 трлн руб.


 

Анастасия Алексеева, «7х7»

Комментарии (0)
или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий, как зарегистрированный пользователь.

Последние новости